ошинки, пущенные из трубочки малышом; и, пролагая эту трассу
разрушенья и разора, берущую начало задолго до рождения мальчика, несся
напролом - вернее, с безжалостной неотвратимос..
Когда то настоящее аббатство стояло на этом самом месте, где Джозефус Бин заложил свой дом, и только несколько бесформенных к..
Я секретарша
одного из самых крупных психоаналитиков в стране".
- Чем могу быть полезна? - спросила она подчеркнуто безразличным
тоном...
Дейэль Гилиан не имела в виду обсуждать с Аморфией законы существования
в экологической среде - он проявлял к происходящему лишь учтивое
любопытство. Но, как и всякий раз при его посещении, ей снова невольно
пришло на ум, что она - такая же пленница, всего-навсего звено в экосистеме
корабля. Только хищник, который должен вести на нее охоту, отсутствует. Или,
может быть, она и есть - самый сильный хищник?
Взгляд Аморфии все еще был прикован к экранам, демонстрирующим кровавую
бойню в заоблачных высях.
- Прекрасно, не правда ли? - заговорил он наконец, сделав очередной
глоток. Он взглянул на Дейэль Гилиан, заметил в ее глазах удивление и
торопливо добавил:
- В некотором смысле.
Дейэль Гилиан неторопливо кивнула.
- С вашей точки зрения, да, конечно. - Она наклонилась вперед и
поставила бокал на резной столик. - Зачем вы явились сегодня, Аморфия,
говорите начистоту, - попросила она.
"Альтер Эго" корабля, казалось, был застигнут врасплох. "Попала в
точку", - подумала Дейэль.
- Просто проведать вас, - поспешно сказал аватара.
Дейэль Гилиан вздохнула:
- Ну что ж, мы уже выяснили, что со мной все в порядке, и...
- И с ребенком тоже? - спросил Аморфия, глядя на ее живот.
Дейэль Гилиан опустила ладонь, прислушиваясь.
- Ребенок... как обычно, - спокойно сказала она. - Здоров.
- Вот и хорошо, - сказал Аморфия, закинул ногу на ногу и снова
уставился в топографические экраны. Дейэль Гилиан начала терять терпение:
- Аморфия, что происходит? Что-то с кораблем?
Аватара посмотрел на женщину странным, отсутствующим взглядом, и на
мгновение Дейэль Гилиан действительно забеспокоилась. Может быть, корабль
пострадал от какого-нибудь столкновения или потерял ориентацию в
пространстве? Хотя экипаж этого монстра (в те времена, когда на корабле еще
был экипаж) давно поговаривал, что корабль и так уже наполовину сошел с ума.
Теперь их осталось только двое - она и сумасшедший корабль, которому она
была отдана во власть.
Аморфия встал с кресла, подошел к единственному небольшому
иллюминатору, выходившему на море.
- Все может измениться в любой момент, - глухо произнес аватара, изучая
линию горизонта. Обернувшись, он посмотрел на Дейэль многозначительно и
снова вернулся к созерцанию неба и моря. Выдержал паузу, сложил руки за
спиной и изрек:
- Море станет твердым, как скала, а небо станет как сталь.
... Отдавай мне свою - или я тебя убью". Калиф пытается спорить, но уступает и снимает свою верхнюю одежду. Рыбак ее примеряет, она длинна, он обрезает на ней полы. Тем временем калиф сзади оглушает его ударом дубины по голове. Въезжает Джафар и придворные. Калиф со смехом рассказывает им случившееся и приказывает: "Несите этого рыбака в мой дворец и, когда он очнется, до заката солнца повинуйтесь ему как калифу. Клянусь великой клятвой: на это время вся моя власть принадлежит рыбаку". Рыбака уносят.
СЦЕНА ТРЕТЬЯ
Дворец Зобейды.
Зобейда приказывает невольницам: "Приготовьте все для пиршества и пригласите ко мне Силу Сердец". Подходит к потайному шкафчику и поочередно вынимает два флакона, на одном написано "Сон", на другом "Смерть" (флаконы показываются отдельно); после колебанья Зобейда берет флакон с надписью "Смерть". Вносят блюда, кувшины, с одной стороны выстраиваются танцовщицы, с другой-девушки с флейтами и цитрами. Входит Сила Сердец, целуя край платья Зобейды. Та ласково приглашает ее сесть. Пир и праздник. Танцы. Зобейда не решается отравить Силу Сердец, берет из шкафчика второй флакон с надписью "Сон" (он демонстрируется) и выливает содержимое в кубок Силы Сердец, Зобейда приказывает: "Отдайте этот сундук чужестранцам, которые навсегда покидают нашу страну".
ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ
КАРТИНА ПЕРВАЯ
Тронный зал во дворце калифа.
Вносят рыбака, одетого калифом, и сажают его на трон. Рыбак шевелится, чихает, очнулся. Все повергаются перед ним ниц. Он тоже повергается ниц, его поднимают и сажают на трон. Джафар выступает, спрашивая: "Что с тобою, о калиф?" Рыбак показывает на голову и хочет бежать. Его почтительно удерживают. Он говорит: "Я, должно быть, сплю. Если я калиф, пусть мне дадут хорошей еды". Это исполняется. Рыбак доволен, но еще сомневается. "Если я калиф, пусть приведут мне мой гарем". Перед ним проводят женщин всех наций. Рыбак волнуется, начинает верить, но говорит, указывая на Джафара: "Пусть этому дадут пятьдесят палочных уда-Ров, тогда я поверю"...
