 |
|
|
Вкруг глухо отвечал на волн ревущих глас; &nb.. -- Она говорит, ей и так не управиться со всей этой стряпней. -- Пусть погуляет, -- сказал дядя Мори... С лица Кэлвина не сходила широкая приветливая улыбка. – Как себя чувствует мистер Лэмб? Треверс пожал плечами. – Он плох. Доктора говорят, что его жизнь на волоске... seliger.ru - семейные туры на Селигер с блеском. Профессиональный дизайн сайта Другие книги автора: «Взгляд с наветренной стороны» |
Гостевая:
Тем временем: ... Преданная старуха всегда умилялась при встрече со мной, а провожая меня, приговаривала: — Думаю, больше уж не свидимся, сударь. И странное дело! Каждый год у меня все внутри переворачивалось от этих боязливых прощальных слов бедной служанки, от ее смиренной готовности к неизбежной и действительно близкой смерти. Итак, я спрыгнул с седла, пожал Кавалье руку, и тот повел лошадь в пристройку, заменявшую конюшню, а я пошел с Селестой на кухню, которая заодно служила столовой. Вскоре туда явился и сторож. С первого же взгляда я понял, что он не в себе — чем то расстроен, угнетен, встревожен. Я спросил: — Ну что, Кавалье, все в порядке? Он пробурчал: — И да и нет. А кое что мне совсем уж не по душе. Я заинтересовался: — Что случилось, дружище? Рассказывайте. Он покачал головой: — Потом, сударь. Не хочу вам с самого приезда своими неприятностями докучать. Как я ни настаивал, он наотрез отказался говорить об этом до обеда. Однако по лицу его я понял, что дело нешуточное. Не зная, о чем еще побеседовать с ним, я осведомился: — Как с дичью? Не перевелась? — Ну дичи то довольно. Набьете, сколько душе угодно. Я, слава богу, гляжу в оба. Старик произнес эти слова с такой скорбной торжественностью, что они прозвучали комично. Его пышные усы обвисли, словно вот вот готовы были отвалиться. Неожиданно я вспомнил, что до сих пор не вижу его племянника. — А где Мариус? Почему не показывается? Сторожа передернуло. Он в упор глянул на меня и объявил: — Ладно, сударь, выложу вам все сразу. Да, так. оно лучше — ведь это все из за него. — Неужели? И где же он? — Заперт в конюшне, сударь: я выжидал случая привести его к вам. — Что он натворил? — А вот что, сударь… Сторож опять заколебался. Голос у него сел и задрожал, лицо внезапно прорезали глубокие старческие морщины. Наконец, он медленно начал: — Так вот. Прошлой зимой я заметил, что в роще Розре кто то пошаливает, но никак не мог накрыть вора. Ночи в засаде просиживал, сударь, ночи напролет — и ничего. Тем временем силки появились и со стороны Экоршевиля. Я с тела от досады спал, а взять браконьера не удается, и все тут. Он, подлец, вроде как заранее знал, куда я иду и что собираюсь делать... |